Илья Муромец и Святогор-Богатырь — сказки Корольковой Анны Николаевны

svyatogor

Под городом Муромом, в селе Карачарове жили-проживали два брата родные. Родился у старшего брата сын, по прозванию Илья Муромец. Тридцать три года исполнилось Илюшеньке, а он ходить не мог — сиднем сидел. Один раз пошли отец и мать в поле работать, а Илюшу во двор вынесли и посадили на травку.

Подошли к Илье Муромцу три странника и попросили милостыню.

— Не могу я вам дать милостыню, — ответил Илья. — Мне тридцать три года, а я не встаю. Идите в дом и берите, что вашей душе угодно.

Сказал один из странников:

— Вставай и иди!

И случилось диво великое: встал Илья и пошёл. Зашёл в дом, зачерпнул чару вина в полтора ведра и выносит странникам.

— Нет, — говорят они, — пей сам!

Выпил Илюшенька одним духом чару в полтора ведра до самого дна и ещё принёс. Подаёт странникам. Они опять отказываются:

— Выпей сам.

Выпил Илюшенька и эту чару в полтора ведра до самого дна.

Спрашивает его один из странников:

— Чувствуешь ли в себе силушку, Илюшенька? Отвечает Илья Муромец:

— Милые, нежданные гости, такую я СИЛУ В себе чувствую, что был бы столб в землю врыт высотою до неба да было бы посредине столба кольцо ввинчено, ухватил бы я это кольцо одним пальчиком и повернул бы весь белый свет.

Переглянулись странники и сказали:

— Такой силушки, Илюшенька, тебе, пожалуй, много будет. Принеси ещё чару вина.

Принёс Илья чару в полтора ведра, подаёт, а они опять ему пить приказывают.

Выпил Илья третью чару в полтора ведра до самого дна, странники его и спрашивают:

— Какую силушку сейчас чувствуешь?

— Чувствую, что от той силушки половина осталась.

— Хватит тебе и этой силушки, — говорят странники. — Быть тебе, Илюшенька, могучим богатырём. В бою смерти тебе не будет, только не бейся со Святогором-богатырём.

Прощаются странники, а Илюша не знает, как и благодарить их, пошёл их провожать.

— Добрые люди, — говорит он, — чувствую я теперь в себе силу богатырскую, но нет у меня коня мне под стать.

— Ладно, — говорят они ему, — будет у тебя конь. Встретится тебе на обратном пути мужичок, поведёт он жеребёночка, ты купи его. Только не торгуйся — плати, сколько запросит. Корми того жеребёнка три месяца белоярою пшеницею, пои ключевою водицею. Потом выпускай его девять зорь на шелковую траву.

Поблагодарил Илюшенька странников, простился с ними и пошёл домой. Идёт и видит: мужичок ведёт жеребёночка.

—Продай мне его, — говорит Илья.

—Купи.

—Сколько ты хочешь?

—Двадцать рублей.

Не стал торговаться Илья. Купил конька и повёл домой. Потом пошёл в поле к отцу-матери. Поклонился им и сказал:

— Дорогие мои родители, чувствую я в себе силушку великую, охота мне покрестьянствовать.

Не верят отец и мать, что их сын на ноги встал. А Илюшенька выбрал самую большую косу да как начал ею помахивать, не успели они оглянуться — вся степь выкошена. Пришли домой, поставил Илюша своего конька в конюшенку и стал его откармливать белоярою пшеницею, поить ключевою водицею. Потом, как было велено, выпускал его на бархатный луг на шелковую траву.

Купил себе Илюша доспехи богатырские: стальные латы, копьё долгомерное, меч-кладенец. Распростился с отцом-матерью, сел на коня и отправился в Киев-град дорогою прямоезжею.

Ехал Илья Муромец день, ехал два, ехал три и видит: дорога на три стороны расходится, а на распутье камень лежит, а на том камне написано:

«Направо поедешь — будешь богат, налево поедешь — будешь женат, прямо поедешь — будешь убит».

Подумал Илья Муромец: «Богатство мне не нужно, жениться — время не настало, поеду-ка я прямо».

Подъезжает он к дремучему лесу. Деревья перед ним преклоняются, травушка шелковая расстилается. Кругом ни крику звериного, ни свисту птичьего, словно всё умерло.

Выезжает Илья Муромец на широкую поляну и видит: стоит посреди поляны дуб в три обхвата толщиною, ветви шатром раскинулись. Сидят под дубом тридцать три богатыря, пасутся на лугу тридцать три коня богатырских. Увидели богатыри Илью Муромца и сказали:

— Никто ещё по этой дороге не проезжал, не проходил. Здесь зверь не пробегал, птица не про-лётывала. Как ты осмелился сюда заехать?

Проговорил Илья Муромец:

— Не честь молодцам в пустой похвальбе, а честь в бою!

Вовсе рассердились богатыри:

— Как ты смеешь учить нас, мужик деревенский? Мы, богатыри, рода дворянского, а тебя — деревенщину — за версту видно. Смерть тебе!

Положил Илья Муромец стрелу на стальной лук, натянул его и ударил в могучий дуб. Разлетелся дуб на мелкие щепочки. Побил Илюшенька всех богатырей-бахвалыциков, отпустил их коней на вольную волюшку, а сам вернулся к камню и вместо прежней надписи новую сделал:

«Ехать прямо — дорога свободна».

И поехал Илья по дороге влево. Ехал день, и два, и три. Видит — дворец с золотыми маковками. Подъехал он к воротам, открывает их девица красоты неописанной. Поклонилась она Илюшеньке и молвила:

— Только тебя и ожидаю, русского богатыря. Накормила его, напоила и отдыхать повела. Но

Илья умён оказался: взял и наперед постель попробовал. Нажал на неё-она и провалилась. Глянул Илья: под постелью яма глубокая, а в ней сидят тридцать богатырей.

— Что, ребята, — спрашивает их Илья Муромец, — никак вы все жениться собрались?

Посмеялся над ними, потом взял аркан с коня и опустил в яму. Вылезли из неё все богатыри до единого. Отблагодарили Илью Муромца за спасение, оседлали своих коней и разъехались в разные стороны.

А Илья Муромец схватил красавицу и сказал:

— Ну, невеста, отгулялась, пора к месту пристать.

Отвёз он её в лес, привязал к сырому дубу, натянул лук, пустил стрелу, но не попал.

— А, — говорит Илья, — видать, ты — колдунья.

Натянул лук и снова выстрелил, но не в неё, а в её тень. И сделалась красавица такой ведьмой, что глянуть страшно: изо рта два зуба торчат и те наперекосяк.

Выстрелил Илья третий раз и убил злую ведьму. Потом вернулся к камню и новую надпись сделал:

«Неправда, что будешь женат».

Поехал Илюшенька по дороге вправо. Ехал три дня и приехал к большому дому. Постучался в чугунные ворота. Они открылись, и он въехал на каменный двор. Видит Илья: стоит посредине двора каменный столб, на нём висит чугунная доска, а рядом палка лежит. Ударил Илюшенька палкой по чугунной доске, вышел из дому старый старик. Спрашивает:

Что тебе надобно, русский богатырь? Входи и бери, что увидишь: серебра чистого, золота красного, жемчуга скатного, камней самоцветных.

Посмотрел Илья Муромец на богатства несметные, но ничего брать не стал. Повернул коня богатырского, поехал обратно, к тому месту, где дороги расходятся, и написал:

«Хочешь сохранить честь богатырскую — не езди направо. Не под стать русскому богатырю злато и серебро брать. Под стать ему свой народ, бедных и сирот защищать».

Пустил Илюшенька своего коня пастись на широкий луг, а сам стал думу думать:

«Путь мой, — думает он, — долгий, много лет я езжу, хорошо было бы проведать Святогора-бога-тыря».

Сел Илья Муромец на добра коня и поехал в дорогу дальнюю, к самому Святогору-богатырю.

Ехал он год, ехал два, а может, и все три. И видит Илья Муромец перед собою гору высокую. Не растёт на той горе ни кустика, ни деревца. Облака на гору находят, тучи чёрные от неё расходятся. Слез Илюша с коня и стал на гору всходить. Шёл он день, шёл два, шёл три и не увидел нигде следу человеческого, не услышал крику звериного, не почуял свисту птичьего — пусто кругом.

Поднялся Илья Муромец на гору и видит: Свя-тогор-богатырь лежит. Спит — не спит, дремлет — не дремлет.

Поклонился Илья Муромец Святогору и спрашивает :

— Рад ли ты гостю? Отвечает Святогор:

— Лежу я здесь тысячу лет, но никто ещё сюда не приходил. Только ты, Илья Муромец, навестил меня. Спасибо тебе, славный богатырь!

Жемчуг скатный — крупный, круглый и ровный, как бы скатанный.

Потекли из глаз Святогора слёзы, обнял он Илюшеньку, как брата родного, братца меньшого, и пошли они гулять. Близко ли, далеко ли шли, но видят, стоит гроб, а сбоку крышка гробовая. Говорит Илья Муромец:

— Много я поездил, много чего повидал, должно быть, умирать время пришло.

Лёг Илья в гроб, но только оказался он велик для Ильи.

Сказал тогда Святогор:

— Не твоя это смерть, не твой гроб, Илюшенька. Смерть тебе ещё не указана.

Лёг в гроб сам Святогор-богатырь. И только лёг, крышка сама захлопнулась.

Выхватил Илья Муромец свой меч-кладенец и стал крышку рубить. Только она не рубится, а крепче становится: как ни ударит Илья, а от удара железный обруч накатывается. Ударил Илья Муромец по гробовой доске семь раз — семь железных обручей на неё накатилось.

Слышит Илья Муромец из гроба голос Святогора-богатыря :

— Не трогай, Илюшенька, гробовой доски, знать, умереть здесь мне суждено. Давай мы простимся!

Поклонился Илья Муромец и сказал:

— Прости меня, старший брат!

Утёр Илюшенька слезу крупную, горючую, оседлал своего коня богатырского и поехал в Киев-град.

Жил после этого Илья Муромец двести лет. Много за двести лет побил врагов земли русской. Тем на веки-вечные и славен стал.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*