Алим — Сказки Корольковой Анны Николаевны

счастливая мама зимаВ некотором царстве, в некотором государстве, не помню когда и в какие года, на пригорке у реки собирались старики. Разговор такой вели...

Муж с женой жили, трудолюбивые они были. Ну, за нуждою в люди не ходили: у них и своей хватало. Детей у них не было. Он зимой ульи долбил, колодезные иструбы* рубил. А в воскресные дни у него были капканы, — на охоту ходил: ловил зайцев, хорей. А с ранней весны погреба, колодцы рыл. Его так и звали: «колодезник». Он самый лучший колодезник был потому, что знал секрет, — где близко вода, а где далеко. Вот приходят к нему:

— Ну, Митрофан Ефимыч, колодец мне надо вы

рыть. Пойдем поглядим, где его надо рыть, и сторгуемся за сколько и как.

Колодезник берет железную лопату, мешок. В мешок кладет веник бересклетовый** и чугунную сковороду и идёт. Приходит, спрашивает:

— Где вы думаете колодец рыть?

—   Вот тут вот.

Как солнышко садится, он своим бересклетовым веником разметает крутовину вокруг себя, как рукой можно достать. И на этом чистом месте опрокидывает сковороду. Отламывает три прутика от этого бересклетового веника, кладет пальца на два от этой сковороды и идёт домой. На другой день приходит до восхода солнца, берет эти прутики по одному, разглядывает, потом подымает сковороду и тут же хозяину скажет – колодец будет глубокий или мелкий, и вода будет плакун или родниковая, и в какую сторону податься, чтобы побольше было воды или поближе.

Это все он точно предсказывал. Так вот он и рыл всю жизнь колодцы, а было ему уже лет пятьдесят.

И стал он раз колодец рыть общественный, на дороге, чтоб лошадей поить.

Сажени две еще не вырыл, вдруг попался ему камень, да такой большой, что насилу он его выкопал. Зашумел: «Подайте сюда крептук***». Еще один спустил камень, привязали, стали тянуть воротом – вытянули камень. Оказался о не камень, а кремень, чем огонь добывают. Целую неделю вся деревня шла: кололи да брали. Дюже он был хорош. Как вдарить, так во все стороны искры сыплются, как дождь. Колодезник опять спустился вниз, копнул раза два-три. Вдруг как хлынула вода! Он зашумел:счастливая мама весна

— Давайте сруб!

Поставили в колодце сруб, выложили детеныша****. Колодец был готов. Поставили соху, повесили журавец и бадью, деревянную с железными прутьями. Поставили водопойное корыто, чтоб поить скот. Врыли столбочек, повесили иконку, отслужили молебен и стали воду брать.

Настолько все село было благодарно – все снимали шапки. Вода у них свежая, ключевая и огня в каждом доме теперь вволю – раньше все друг к другу за жаром ходили. Все остались довольны.

Прошло года четыре, а может и больше.

Опять наняли этого колодезника рыть. Колодец на разъезжем прорыл он дня два, а может и три, и нашел клад. Говорили, что здесь будто русский богатырь Ивашка –Белая Епанча Сорочинская Шапка этот клад заложил.

Когда колодезник клад нашел, с тех пор стал богатым. Колодцев не рыл.

В этом же селе жили муж с женой бедные-бедные. У них детей было много : двое двоечь, трое троечь. Да семеро по одиночке. Так они бедно жили, хлеба досыта не ели, квасу не пили, а брагу подавно не варили. Да еще должен быть ребенок.

Когда она собиралась с родами пригласили бабку повитуху. Народилось два мальчика. Бабка-повитуха, не будь дурна, схватила одного мальчика в пеленку, постучала в окно колодезника: «возьмите сыночка, вам Бог послал», — и пошла. Они вышли: видят- сыночек. Обрадовались и стали его выхаживать.

Как все равно быть этому, он рос не по дням, а по часам. Он был высокий, плечистый. Не парень, а кровь с молоком.

Старик со старухой померли.

А те недалеко живут, да не знают. Одна бабка — поветуха знает, кто его родил.

Женился этот подкидыш на богатой баронессе. В ихней губернии был богатый барон, у него была одна дочь, красавица. На этой баронессе он и женился. Пошла слава по всей округе про подкидыша. Говорят, что он седьмой гильдии купец. А кто говорит: «Он сам барон». У него ведь и денег счета нет.

счастливая мама летоПрожил он с молодой женой год, а то и более, народился у них сын, которого они назвали Алим.

Для Алима все было предоставлено: нянюшки и мамушки. Просто Алим как сыр в масле катался.

Когда Алиму исполнилось лет деаять, стал он у отца просить:

— Папа, разрешите запречь кучеру тройку самых лучших лошадей и покатать меня по полям, по лугам, по дремучим лесам. Мы скоро вернемся.

Отец сказал:

— По полям, по лугам можно. А в дремучий лес нельзя. От нас верст двадцать пять лес. Там живут разбойники. У кого что пропадет, так и не ищут: знают, что это они взяли.

— Какие такие, папа, разбойники?

— Да просто такие же люди, как и все, только когда кто едет лесом, они обижают, грабят.

Алим дал отцу слово, что в лес не пойдет. Барон позвал кучера, велел заложить тройку лошадей, посадить на тройку Алима и везти его туда, куда скажет Алим.

— Ну, с закатом солнца чтобы были дома.

Кучер запряг лошадей, сел Алим, и поехали. Ехали они чистыми полями, бархатными лугами и подъехали к дремучему лесу. Кучер и говорит:

— Может, вернёмся назад? А Алим ответил:

— Только вперёд.

Ослушаться кучер не посмел, и они поехали дальше, вперёд. Они едут дальше. Дорога идёт в глубь леса. Сделалось темно. Алим и говорит кучеру:

— Кучер, поди посмотри тут за кустами, где до

рога назад, а я посижу здесь в карете.

Кучер пошёл. Алим сидел, сидел и думает: «Влезу я на дерево и посмотрю, нет ли где огонька. Мы на этот огонёк и повернём, или пешими пойдём».

Вышел Алим из кареты и думает: «Вот дерево, дуб, я на него и взлезу. Нет, это повыше, чем это». Не заметил, как зашёл вглубь.

А кучер пришёл: нету лошадей и кареты. Он подумал, что Алим не стал его ждать и уехал. Кучер обратно пошёл по дороге домой.

Алим выбрал все ж высокое дерево, взлез и увидел огонёк. Приметил этот огонёк, спустился, пришёл на счастливая мама осеньдорогу, тоже нет ни лошадей, ни кучера. Он и пошёл на этот огонёк.

Подходит он — двор, огороженный высокими

досками, залаяла собака. Вышел хозяин, пригласил его в хату и спросил:

— Чего вы хотели?

— Переночевать.

— Оставайся.

Оказалось, это разбойники. Он сам к ним пришёл. Их было трое.

Алим оказался четвёртым. Утром встал он, спешит убираться домой.

Они спрашивают:

— Ты далеко?

— Домой.

— Нет, ты останешься здесь навсегда. От нас дорога заколдованная. Не выйдешь, пока мы не выведем.

Ну, он поплакал, поплакал, да делать нечего, стал жить. Они его стали учить своим занятиям. Мальчик хорошо понимал и делал, что его заставляли.

Однажды спрашивают его разбойники:

— Хочешь домой?

— Хочу.

— Ну, сделай то, что мы тебе прикажем.

Вывел его разбойник и говорит:

— Вот иди по этой дороге, увидишь старика,

будет пару волов на базар гнать продавать. Так ты приведи нам одного вола, и мы отпустим тебя домой.

Алим взошёл в лес и выжидает. Видит из кустов, старик ведёт пару волов продавать.

Алим снял с одной ноги сапог, бросил на дорогу, а сам пошёл вперёд по дороге, куда старик шёл.

Дорога была извилистая.

Старик шёл-шёл, глядит—сапог лежит. Он поднял, дюже хороший сапог был, сафьяновый, и говорит:

— Прямо моему внучку. Да кабы было два, а то один что один? Дай я его положу, а то, может, кто потерял, так вернётся, возьмёт.

 

Положил сапог, взял волов и пошёл дальше. Алим за это время прошёл кустами вперёд, сбросил другой сапог с ноги на дорогу, а сам в кусты.

Старик подходит, глядит, ещё сапог лежит:

— Э-э, так ведь это к тому сапогу пара. Тот был с

правой ноги, а этот с левой. Дай я вернусь, никто следом не шёл. Он, небось, цел.

Привязал старик волов за дерево, взял сапог, положил в сумку и пошёл за тем сапогом.

Дошёл, взял сапог и идёт, пришёл на это место, а ничего нет, только налыгач***** на берёзе висит, обрезан.

Ни волов, ни сапога — нет ничего. Старик глянул по сторонам, почесал в затылке и говорит:

счастливая мама, весна— Э-э, вправду говорят: «Чужое мило, да пройди мимо». Пройди я мимо — ничего бы и не было.

Алим приводит волов разбойникам. Они велели-то одного, а он приводит двух. Разбойники говорят:

— О-о! Вон конюшня, отведи их туда, поставь в стойло.

Отворил Алим конюшню и увидал, что в одну сторону свободное место, а в другой стоит его тройка лошадей и карета, которую разбойники увели.

Алим хотел взять свою лошадь и ускакать. Глянул, а они все стреноженные.

Он поставил волов, приходит и просится опять у них домой.

— Нет, ещё одно, что мы скажем, выполнишь, и отпустим домой.

Прошло дня два, один разбойник помер. Умирая, приказывал Алиму:

— Когда пойдёшь домой, отпустят тебя, больше никогда не воруй и не обижай людей.

У разбойников такой был обычай — когда умирает из них один, делают гроб, кладут в него покойника, засмоляют, подтаскивают его к реке и пускают, и он плывёт. Вот так они и сделали. Положили в гроб, засмолили и в речку спихнули.

 

Прошло несколько, может, недели две. Вот один разбойник и говорит:

— Алим, иди на большую дорогу, там будет идти богатый-богатый купец. Ты возьми у него деньги. Принесёшь — домой отпустим.

Алим пошел на дорогу, дорога шла лесом. Он сел и поджидает в кустах. Глядит — идёт богатый купец. Выходит Алим из кустов и говорит:

— Стой. Эка, барин, хороша у вас пуза, а у меня нож хорош. Добром деньги отдаёшь?

Купец кинулся на Алима, хотел за горло схватить его руками. Алим сразу взмахнул ножом прямо в пузо, сразу развалилось пузо надвое. Алим взял саквояж с деньгами и пошёл. Приносит деньги, а тут ещё один разбойник помер. Он отдал деньги старшему. Опять сделали гроб, засмолили и опять в речку пустили. Вот и живут вдвоём разбойник с Алимом. Алим просится домой:

— Дяденька, отпустите меня. А разбойник говорит:

— Пойдём, Алим, я тебя ещё одной специальности выучу, а тогда поговорим.

Пошли они в лес. Там озеро, коблы****** вокруг. Они нашли, под коблом сидит утка, высиживает. Разбойник и говорит:

— Алим, вот видишь — утка. Я сейчас из-под неё выберу все яички до единого, и утка не услышит. Если ты счастливая мама 1научишься, то тогда на другой утке это сделаешь.

Разбойник подполз к утке и стал выбирать яички. Когда разбойник выбрал яички и встал, то почувствовал мокроту. За это время, как он яички выбирал, Алим у него у самого подмётки оторвал, а он и не видал.

Пришли они домой, разбойник и говорит:

— Ну, Алим, не надо тебе яички из-под уток выбирать. Я такого не встречал на веку, как ты. Можешь на ходу подмётки отрывать, и у кого оторвёшь, он не услышит! Вот я бы тебя отпустил, да кто же меня тогда похоронит, я уже дюже старый. Вот я умру, похоронишь меня, а сам покинь это место и не возвращайся сюда. Вот всё твоё, возьми, только больше никогда не воруй и никого не обижай. Живи своим трудом.

А Алим отвечает:

— Это тоже труд, когда на ходу подмётки рвут.

— Это труд неблагородный.

Алим дал слово, что он больше никогда не будет воровать и обижать и покинет это место.

Недолго прошло времени, умер третий разбойник. Алим сделал гроб, засмолил, привязал к конскому хвосту, подтащил к реке и столкнул. Пришёл домой, взял топор и вырубил па берёзе: «Тут жили разбойники Стяхва, Ананий и Намыска. Но больше их нет и не будет. Свободная дорога. Больше никто никого не тронет».

Алим взял с собой золота, как только можно донести, и пошёл. Приходит в соседний город. Заказал себе роскошную одежду, оделся бароном и пошёл в свой родительский дом. Взошёл он в родительский дом и сел на качающееся кресло и качается. Вдруг входит мать, она спрашивает:

— Кто вы и кого вам нужно? Алим отвечает:

— Мне нужен господин барон.

— А разве вы не слышали? Барон давно помер от большого горя. Уже одиннадцать лет, как его в живых нет. У нас пропал девятилетний сын Алим. До сих пор его нет. Отец долго горился, заболел и умер.

— Ах, как жаль. Мама, я ваш сын Алим.

Мать пригляделась в черты лица, узнала сына своего. Схватились они в объятия и долго жали друг друга к грудям и плакали, потом они расцеловались. Она повела его к столу. Когда подали им обед, мать его спросила:

— Алим, правда ли, что ты был разбойником?

Алим ответил:

счастливая мама 2-Да.

Ну, вот, так они пожили месяца два. Алим и говорит:

— Мама, мне уже двадцать два года. Мне настало время жениться. А мать и говорит:

— Да есть невеста для тебя, у нашего короля прекрасная королевна, но ведь он теперь не отдаст за тебя. Все знают, что ты был разбойником.

— Иди, мама, так и скажи, что я был разбойник и вор. Но больше ничего плохого делать не буду.

Ну, как по обычаю, положили хлеб-соль на стол. Перекрестилась мать три раза, завернула хлеб-соль в парчовое полотенце и пошла к королю.

Приходит, кладёт хлеб-соль на стол и говорит:

— Король-батюшка, я пришла к вам за живыми цветами. Эти цветы — ваша дочь, прекрасная королевна. Я у вас прошу руки её. Мой сын Алим любит её больше света белого, больше солнца красного и просит, чтоб она была его женой на долгую жизнь.

А король и говорит:

— Ваш сын Алим — разбойник и вор?

— Да, вор.

— А-а. Отец его был прекрасный барон, а он вор! Пусть сам придет, я с ним поговорю.

Мать приходит домой и говорит:

— Алим, король велел тебе прийти самому.

Алим и пошёл. Приходит к королю. Король спрашивает:

— Алим, ты вор и разбойник?

— Да, разбойник и вор.

— Нет, я дочь за вора не отдам.

Алим и говорит:

— Ваша дочь, прекрасная королевна, должна быть моей женой. Если вы не дадите, я её украду.

А король говорит:

— Чем воровать дочь мою, лучше уведи мою любимую лошадь. Уведешь — я отдам за тебя дочь.

— Сколько дадите времени на это, чтобы я украл

у вас лошадь?

Король говорит:

— Две недели даю сроку.

Алим говорит:

— Ваше задание будет выполнено в трое суток.

Пока!

И вышел. У Алима был товарищ, хороший товарищ. Алим приходит, призвал его и говорит:

— Борис, ты мне нужен. Давай оденемся нищими

и пойдём попросимся ночевать к царю. Только ты

будешь молодым, а я старым-старым. Вот видишь,

я себе бороду делаю. Согласен?

— Да.

Вот они оделись нищими и пошли к царю. Они с собой в суме взяли царский убор. Приходят, просятся ночевать, уже было поздно, совсем темно. А в том королевстве был заведен порядок: если не пустить нищего ночевать, то это равносильно тому, что человека убить.

Докладывают королю, что пришли двое нищих и просятся ночевать. Король спрашивает:

— Старые аль молодые?

— Один старый-старый, будто незрячий. Другой — молодой.

— Старому разрешить на сеннике ночевать, а молодого не пускайте.

Сенник помещался на втором этаже под конюшней. Алим прорезал дыру на эту сторону крыши, надел королевскую одежду и вышел к конюшне.

— Подайте мне мою любимую лошадь.

— Так вы её не велели никому давать!

— Так мне ведь можно.

Ему выводят лошадь при всей амуниции. Он сел и поехал. Часовые только честь отдают. Утром король спрашивает:

— Цела ли моя лошадь? Ему отвечают:

— Так вы, как уехали, больше не возвращались.

А Алим на следующий день приезжает. Привязал лошадь к коновязи и говорит:

— Доложите королю, что лошадь его в сохранности. Пусть принимает.

Король сказал:

— Лошадь примите, его пригласите сюда.

Алим входит:

— Недопустя трое суток ваше приказание выполнено.

— Ну вот что, Алим, если ты такой вор, укради у меня жену. Тогда отдам дочь. Даю сроку вам две недели.

— Будет выполнено за одну неделю.

И пошёл.

Возвращается Алим домой и приглашает к себе самого лучшего часового мастера в городе и говорит:

— Сделайте мне часы, ростом выше меня на четыре вершка, и чтоб незаметно было, как они затворяются, чтобы позади мог поместиться человек выше среднего роста и чувствовал бы себя свободно. Циферблат : чтоб был изукрашен жемчугами, бриллиантом, мрамором, изукрашен алмазами. И сделай все

это в двое суток.

Стал мастер просить больше срок.

— Я заплачу.

— Нет, нельзя.

— Ну ладно, в трое суток.

В трое суток часы были готовы. Алим и говорит:

— Получай за часы, что они стоят, они твои. Затвори в них меня и вези продавать, что получишь — всё твое.

В это время король с королевой ссорились. Она узнала, что он сказал: «Увези у меня жену». Он ей говорит:

— Ведь ты не лошадь, тебя не уведёшь. Пойдём,

погуляем.

Вышли они, а тут у ворот им часовщик навстречу с часами. Он шумит:

— Не угодно кому часы?

— Продаёте?

— Продаю.

— Ой, какие красивые!

— Так купите.

— А сколько они стоят?

— Тысячу рублей золотом, тысячу серебром и три бумажки.

— Уж больно дорого.

— Так ведь они все в золоте, в жемчугах. Это не часы, а мысли.

— Ну, выкинь из этой половины две четвертинки.

— Нельзя.

— Ну, получай деньги, только с тем условием, что довезёшь их и установишь, чтобы они шли.

— Ну хорошо.

Привозит. Король с королевой промеж себя говорят:

— Где ж их постановить?

— Так у меня в комнате, — королева говорит, — а потом увидим, может, к дочке, она уже спит. На первый случай ко мне в спальню.

Поставили часы, пустили. Часовщик ушёл домой. А король отдал приказ поставить часовых, строго-настрого к дому никого не подпускать.

Поздно вечером легли спать. Королева слушает бой часов. Пробило полночь, она заснула. Алим вышел из часов. У него было бумажное чучело, надувалось оно через камышинку. Он быстро надул его и бросил в окно, со второго этажа. А чучело за что-то зацепилось и повисло. Во дворе сделалась тревога: все побежали туда, сам король тоже туда бросился. В это время Алим завернул королеву в одеяло, отворил окно на улицу, а там уж ждали лошадь и карета и его товарищ. Он прямо её бросил, товарищ поймал — и в карету. Он сам выпрыгнул и тоже — в карету.

Сели и уехали. Когда они приехали домой, королева была без сознания, они привели её в чувство и успокоили. Алим пошёл к королю и говорит:

— Ваша супруга у меня. Нужно — поедемте, возьмёте.

Король поехал, взял свою королеву. Алим говорит:

— Мне можно готовиться к венцу?

Король говорит:

— Еще одно задание выполнишь — дочь моя будет твоя жена. У меня в саду есть келья, в ней монах молится сорок лет и ни с кем не разговаривает. Если же вы его рассмешите, или он улыбнется, то в тот же день собирайтесь к венцу, и за вас отдам дочь. Даю

вам две недели сроку.

Алим говорит:

— Будет выполнено в три дня.

Алим пошёл на базар, там старуха продаёт перину. Он говорит:

— Бабушка, продаёшь перину?

— Продаю.

— Сколько просишь?

— Сто рублей, сударик.

— Получай деньги, вытряхивай из неё пух, оставь мне одну наволочку и в ней горсти две пуха.

— Да как же так, сударик, пух ведь дорогой.

— Да я плачу за него. Говорю — высыпай.

Старуха высыпала пух, оставила две горсти, отдала ему наперник. Алим пошёл, купил меду фунта два и кусочек ладану.

Приходит ночью в келью потихоньку. Монах Богу молится. Он зажёг ладан, стал пускать его в келью. Монах говорит:

— Господи, где я нахожусь, что так приятно пахнет?

Алим тихо говорит:

— Это я пришёл тебя навестить, ты удостоен со мной говорить. -* -Господи, возьми меня к себе.

— Пойдём со мной.

Он вывел его в сад. Было темно. Алим намазал монаха мёдом, сам накинул на него наволочку, завязал и понес на площадь, где должно быть представление. Сам король должен быть.

Положил Алим монаха на сцену. Когда началось представление, Алим развязал наволочку и говорит:

— Идите в рай.

И указал ему на сцену.

Монах вышел весь в пуху. Публика расхохоталась. Рассмеялся и сам монах и говорит:

— Я в раю. Здесь и король, и королева, и я, вся

королевская семья.

Алим подошёл, взял королевскую дочь за руку и сказал:

— Ну, пошли.

Был задан пир на весь мир. И я там была. Вместо пива поднесли мне молока. Взяли меня за бока, начали меня мять, а я стала хохотать. Не стала пить, они начали меня бить. Я стала упираться, они начали драться.

Скандальный был пир, на котором я была.

 

*Иструбы — срубы. **Бересклет — кустарниковое растение.***Крептук-полотно. Корм таскать.**** Детеныш – чурка, которая держит сруб.***** Н а л ы г а ч — веревка, с помощью которой быков привязывают за рога, налыгивают. ****** Коблы — кочки, пеньки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

DotA Allstars бесплатно, герои, гайды, тактики: http://l2-zone.ru/ - Правильные гайды по героям DotA Allstars!